«Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, падши в землю, не умрет, то останется одно, а если умрет, то принесет много плода» (Ин. 12, 24).
Други наши! Смерть — сон, это великая тайна человеческой жизни. Она страшна своей исключительной властью и силой, страшна тем, что опыт познания ее у каждого человека единственный и неповторимый. И она, эта тайна, явившаяся на земле повелением Божиим как наказание за грех, все же многое говорит нам о себе, оставляя неизгладимый след своего посещения и в почившем, и в живущих. И она, по слову Священного Писания, плодоносит обильно и в земной жизни, и в смертном успении человека. А чтобы не страшиться смерти, святые отцы советуют человеку помнить, что земная жизнь наша, коею готовится смерть, может сделать смерть блаженною, но жизнь, которая о смерти не помышляет, безусловно, сделает ее страшною.
Смерть грешников люта, а праведник умирает с надеждою — обрести обетованную землю. А тихость вечного покоя у гроба праведника дается живущим как неопровержимое доказательство имеющей открыться за гробом вечной жизни в радости Царства Небесного, и одновременно как опыт земной жизни, плод которой принес эту радость. Но было время, когда общий удел вечной смерти торжествовал над жизнью, и мрак смертной тени, как неотступный призрак, шел по жизни за всяким человеком, изводя его кончиной в страну вечного плача и воздыханий.
Во время Ветхого Завета, вплоть до явления в мир Спасителя, кончина жизни всюду называется смертью. В родословной патриархов и праотцев об их исходе из жизни говорится: «Поживе и умре». Умре Авраам — родоначальник всех верующих, умре царь Давид — праотец Пресвятой Девы. Патриарх Иаков, восчувствовав приближение кончины, плачет: «Сниду к сыну моему, сетуя, во ад» (Быт. 37, 35).
Даже ветхозаветные праведники, жившие по вере в ожидании Спасителя, «умроша вси, не приимше исполнения обетований» (Быт. 11, 13). Они только зрели отдаленную зарю будущего воскресения.
Но в то время «была одна участь и праведнику, и нечестивому, они отходили к умершим» (Еккл. 9, 2–3). И так бы и царствовала смерть, предавая живущих в темницу вечных страданий. Ведь с тех пор, да и поныне, люди постоянно подтверждают это осуждение своими произвольными грехами и должны были бы беспрекословно умирать, наследовав мрак вечной тьмы. И смерть как порождение греха должна бы собирать свой оброк до сего дня, ибо «несть человека, иже жив будет и не согрешит».
Но явился в мир Христос — Сын Божий и сын Дщери человеческой — жертва за грехи человеческие. И Он первый назвал смерть сном еще до Своего крестного подвига. Об умершей отроковице Он сказал: «Не умерла девица, но спит» (Мк. 5, 39). Для всех тогда смерть девочки была очевидна, и посмеялись над Христом как несмысленным, не понимая того, что Им явилась в мир Жизнь Вечная, и Сам Он — Источник жизни.
Христос же по силе Своего Божественного ведения известил учеников о смерти Лазаря Четверодневного словами: «Лазарь, друг наш, успе» (Ин. 11, 11). И они не поняли этого нового определения смерти, пока Христос не пояснил им: «Лазарь умре». Позднее в Писаниях апостолов уже утверждается обычай называть смерть успением. Апостол Павел об очевидцах воскресения Господа писал: «Множайшие из них пребывают доселе, неции же и почиша» (1 Кор. 15, 6). Он же пишет относительно будущего воскресения в последний день мира: «Не вси бо мы успнем, но вси же изменимся» (1 Кор. 15, 51). Те, кого этот день застанет живыми, уже не умрут, но мгновенно изменятся: их тленные тела обретут нетление и станут такими же, какие будут у воскресших из мертвых.
Причина в новом восприятии кончины жизни земной произошла из-за перемены в духовном состоянии человечества. Животворящая сила Сына Божия, пришедшего спасти мир, открыла людям вход во святилище Неба. Его искупительная жертва победила царствующую доселе смерть и освободила живущих от непременного осуждения вечной смерти без надежды на лучшую участь. Смерть стала сном.
А Матерь Божия, Матерь Спасителя, непосредственная участница в подвигах Своего Сына, уснув на смертном ложе, вслед за Ним с телом взошла в Царство Небесное, прокладывая путь в вечную радость земнородным. И с тех пор с особой торжественностью и благодарностью Матери нашей Небесной празднуется день кончины Ее земной жизни. Она же в прерадостнейший день Своего безсмертного успения собирает «от конец» во всем мире всех любящих Ее, как в Свое время молитвой собрала к Своему смертному одру апостолов Христовых, разсеянных по лицу земли. Уходит из земной жизни девственная Матерь, уходит в вечную радость вожделенного единения с Богом, уходит к Сыну, Которого вырастила на радость человечеству. От Ее чистых кровей возсиял миру спасительный плод, разрушивший средостения вражды между Небом и землей — Спаситель мира. Своей смертью Он попрал смерть, оживотворил мир безсмертием, даровал новый смысл и содержание и земной жизни, и смерти.
Смерть — успение, смерть — временный сон, за которым наступит пробуждение в новой жизни. И как искупительная жертва Сына Божия Его смертью даровала земле плоды вечной жизни, так и смерть Его Матери принесла плод, став Живоносным Источником, Который в преизобилии напоил Жизнью многие поколения людей.
Гроб Сына Божия плодоносит бессмертие уже XX столетий. Гроб Его Матери, Дщери рода человеческого, раскрыл миру очевидность спасительности христианского пути жизни. Свет веры истинной и правды, воссиявший в Ней, есть плод Ее жизни и смерти, он озарил славой вселенную, и славы этой не будет конца. Дщерь земли стала Царицей Небесной и Матерью земных.
В Ней, Пречистой Деве, впервые «побеждаются естества уставы». Смерть, исполняя приговор Божеского правосудия людям: «земля еси и в землю отыдеши», с благоговением и страхом приступила и к Матери Божией, но не смогла удержать святую Ее плоть, осоленную благодатью. По кончине Девы-Матери последовало необычайно скорое пробуждение: явилось бессмертие в самой полной его силе. На краткое время явив нетленную мертвость, Святая Богородица вступила с плотью в радость творческой деятельной жизни навечно. А у опустевшего гроба Матери Божией человечество вновь изумленно восклицает: «Смерть! Где твое жало? Ад! Где твоя победа?» (Ос. 13, 14).
Пресвятая Дева, первая христианка, исполнила во всей полноте новозаветные Заповеди Божии. Она возлюбила Бога так, что сознательно и беспрекословно отдала Свою жизнь Его воле, а нам, людям, пожертвовала самое дорогое — Своего Сына. И жертва Ее любви пробудила мир от тьмы богозабвения. А тяжкий жизненный крест, пронесенный дщерью человеческой по жизни, в святом Ее успении «преукрашенный Божественной славой», возсиял над землей, являя миру путь новой земной жизни, плод которой для всех возлюбивших его и пошедших по нему — вечная Жизнь в радости Царства Небесного. Страх смерти навсегда отступил пред праведностью жизни.
Но, други наши, радуясь столь великим обетованиям, данным человечеству, мы должны помнить, что преимущества новозаветного состояния, хотя и открыты для всех и всем доступны, но не принадлежат каждому только за то, что мы живем в это благодатное время. Свобода выбора: принять или отвергнуть дары Божии, остается у человека. Оставаясь чуждым благодатному Божию Завету по своему внутреннему расположению, человек возвращается во мрак падения, ибо не остается жертвы Спасителя за грех.
Будем же помнить, что и мы, пробудившись от смертного сна, восстанем, чтобы дать отчет о прожитой жизни. А плоды, возросшие на пажитях земных, будут ходатайствовать нам жизнь или полную радостей, или страданий — уже навек. И у смертного одра Матери Божией, нашей Небесной Матери, обратимся сердцами к Ней — источнику милости и материнской любви. Она жива, Она участлива к нашей судьбе земной и к нашему будущему. Ее обещание, данное апостолам после вознесения на Небо: «Радуйтесь! Я с вами всегда, ваша молитвенница пред Богом» да даст и нам дерзновение молить Ее ходатайства и милости пред Господом, молить Ее быть нашей путеводительницей и заступницей на жизненном пути ко спасению.
И будем петь Ей постоянно сердцем и душою: «Благодатная, радуйся, с Тобою Господь, подая мирови Тобою велию милость». Аминь.